Перелейте сок из низкой широкой чашки в высокий узкий стакан на глазах у четырёхлетнего ребёнка и спросите: сока стало больше, меньше или столько же? Многие четырёхлетки уверенно ответят: «Больше — смотрите, как высоко!» Для швейцарского учёного Жана Пиаже (1896–1980) такие ответы были не забавными промахами, а окном в то, как работает детский ум.
Пиаже и его метод
Пиаже около полувека изучал детское мышление. Его методом была гибкая беседа: он не просто отмечал ответы как верные или неверные, а спрашивал: «Почему ты так думаешь?» — и следовал за рассуждением ребёнка. Для Пиаже неверный ответ был информацией, потому что раскрывал стоящую за ним логику.
Он считал интеллект приспособлением ума к миру, которое совершается с помощью четырёх главных инструментов:
- схема — повторяющийся образец действия или мысли: хватание, сосание, позже сортировка или счёт;
- ассимиляция — включение нового опыта в уже имеющуюся схему: малыш, знающий слово «кошка», и маленькую собачку называет «кошкой»;
- аккомодация — изменение схемы, когда она не подходит: «Эта лает — значит, это собака»;
- уравновешивание — стремление восстановить равновесие: лёгкое недоумение побуждает ребёнка перестроить понимание на более устойчивом уровне.
Для Пиаже уравновешивание было главным двигателем развития, поэтому дети лучше всего учатся на задачах, которые немного новы, но не непосильны.
Четыре периода развития
Порядок периодов у всех одинаков, а возраст указан приблизительно.
Сенсомоторный период (0–2). Младенец думает с помощью ощущений и действий. Из врождённых рефлексов вырастают повторяющиеся действия (снова и снова трясти погремушку), затем действие как средство достижения цели (отодвинуть подушку, чтобы достать игрушку), затем опыты и на втором году — первые решения, найденные «в уме». Постепенно складывается постоянство объекта. Сначала игрушка, спрятанная под платком, словно исчезает из мира. Позже малыш её ищет, но совершает любопытную ошибку: если игрушку несколько раз находили под одной подушкой, а потом у него на глазах спрятали под другую, он снова ищет под первой.
Дооперациональный период (2–7). Появляются слова, образы и символическая игра: палка становится лошадкой, куклу укладывают спать. Но мышление эгоцентрично — не эгоистично, а сосредоточено на собственной точке зрения ребёнка: трёхлетний малыш вместо «да» кивает в телефонную трубку, будто бабушка его видит. Ребёнок также цепляется за один яркий признак (центрация): сок в высоком стакане кажется «больше», потому что уровень выше; из двух одинаковых рядов пуговиц «больше» кажется тот, что раздвинут.
Период конкретных операций (7–11). Ребёнок понимает сохранение количества: «Ты же просто перелил — можно перелить обратно» или «Тут выше, зато стакан узкий». Появляется обратимость, а с ней классификация (сортировка сразу по двум признакам) и сериация (раскладывание палочек от самой короткой до самой длинной без проб и ошибок). Логика лучше всего работает с реальными предметами, а сохранение приходит ступенями: количество вещества — примерно в 7–8 лет, вес — в 9–10, объём — в 11–12.
Период формальных операций (с 11–12 лет). Подросток способен рассуждать о возможностях и гипотезах. Спросите, от чего зависит, как быстро качается маятник (грузик на нити): от длины нити, веса или силы толчка. Подросток спланирует опыт так, чтобы менять каждый раз только одно условие, оставляя остальные прежними; младший ребёнок меняет всё сразу и не может сделать вывод. (Ответ: от длины нити.)
Что изменили более поздние исследования
Главная мысль Пиаже устояла: дети активно строят собственное понимание. Но позднейшие исследования внесли важные поправки. Если задача проста и знакома, младенцы и маленькие дети способны на большее, чем он думал. Возраст различается у разных детей и в разных культурах, а продвижение в разных областях идёт неравномерно. Формальное мышление не включается в подростковом возрасте само собой: многие взрослые пользуются им в основном в хорошо знакомых областях, и большую роль играют образование и привычка к подобным задачам. Сам Пиаже подчёркивал, что обсуждение на равных со сверстниками помогает ребёнку выйти за пределы собственной точки зрения.
На практике: чего ждать и как помочь
2–6 лет. Односторонние, а порой «волшебные» рассуждения в этом возрасте нормальны, как и ошибки в оценке количества. Играйте вместе понарошку, рисуйте и стройте. Спрашивайте: «Как ты думаешь, что будет?» — а потом проверяйте вместе: перелейте воду, раскатайте тесто. Вместо того чтобы поправлять словами, дайте ребёнку увидеть самому. Играйте в игру «чужими глазами»: «Что видит мишка с другой стороны стола?»
7–11 лет. Ждите уверенной логики на реальных предметах и неравномерных успехов. Сортируйте камешки или листья, готовьте с мерными стаканами, раскладывайте вещи по размеру, играйте в нарды или шахматы. Просите ребёнка «вернуть всё обратно» («Как нам вернуться к началу?») и объяснить: «Откуда ты знаешь?»
12–18 лет. Ждите гипотез, споров и высоких идеалов, а также более слабого абстрактного мышления в незнакомых областях. Обсуждайте вопросы «А что, если…?», просите доказательств и ставьте небольшие домашние опыты, в которых меняется только одно условие, — например, выращивайте растения при разном освещении. Относитесь к доводам подростка всерьёз, даже если вы с ними не согласны.
В любом возрасте неверный ответ — окно, а не провал, и один балл теста мало говорит о том, как ребёнок рассуждает.